Едва слышный свист заполнял весь пузырь шарограда. Песчаная буря достигла своего апогея. Но песчаная буря была так же опасна, как разъяренный червяк. В худшем случае буря была просто неприятностью. Высокий, едва слышный вой, конечно, действует на нервы, а из-за темноты приходится включать внутреннее освещение. Завтра утром пузырь будет покрыт трехмиллиметровым слоем тончайшей слюды. Внутри пузыря все будет мрачнее ночи до тех пор, пока кто-нибудь не сдует слюду сжатым кислородом из бака.
Буря действовала на Шюта угнетающе.
Здесь, на Марсе, был старший лейтенант Шют. Мальчишеский Герой, он стоит лицом к лицу перед устрашающими опасностями на переднем крае исследований человечества. А тут какая-то песчаная буря, которая не может навредить даже новорожденному младенцу. Никто в этом городе не встретился ни с единой опасностью Марса. Все опасности были принесены людьми с Земли.
Неужели так будет всегда? Неужели люди должны преодолевать чудовищные расстояния, чтобы в итоге столкнуться с самими собой?
Сегодня, начиная с полудня, работы почти не велись, и Шют махнул на это рукой. На возвышении из готовых пенопластиковых стен сидел Тимми, ревниво оберегавший приемник сигналов с марс-багги от обитателей шарограда, обступивших его кольцом. Когда Шют приблизился к группе, Тимми встал.
— Они молчат, — сказал он очень устало и отключил радио. Люди переглянулись, некоторые отошли в сторону.
— Тим! Как ты мог их потерять?
Тимми просто сказал:
— Они слишком далеко, мэр.
— Они что, так и не повернули?
— Так и не повернули, просто уходили все дальше и дальше в пустыню. Элф просто сошел с ума. Картер не стоит того, чтобы из-за него умирать.
Шют ничего не сказал, но подумал: а ведь когда-то стоил. Картер был одним из лучших — неутомимый, бесстрашный, умный, полный идей. Шют видел, как он менялся, как разрушалась его личность под гнетом скуки, как он мучался в узкой каюте космического корабля. Когда они прибыли на Марс, когда на них навалилось сразу столько работы, казалось, Картер ожил. И вдруг вчера утром он совершил убийство.